Категории каталога

Природа и люди [27]
Заметки о нашем крае, людях, природе и путешествиях
Город [9]
Городские события и взгляд на Урюпинск приезжих
Станицы и хутора Урюпинского района [32]
История окрестностей города Урюпинска
Хронология развития города Урюпинска [28]
Дневник событий и житейских дел
Рассказы и книга В.Ф. Копылова о революции и казаках [50]
Книги о казаках
Книга Малахова "Хопёр в огне" [30]
Книги о казаках
Книга Евдокимова "Без вины виноватые" [5]
Книги о казаках
Известные люди Урюпинска [1]
Известные люди Урюпинска

Наш опрос

Каков Ваш заработок? (Опрос для жителей урюпинского района, абсолютно анонимный)
Всего ответов: 280

Форма входа

Поиск

Полезное

Главная » Статьи » Природа и люди

Под небом казачьим Крехов В.И.

      Захватив власть, казаки не отказались от Советов, так как они в какой-то мере напоминали атаманское правление с его выборным началом. Тем самым донцы заостряли внимание на том, что они не против Советов, а против необоснованных репрессий, проводимых коммунистами. 

        «Мы за Советскую власть, но против жидов, коммунистов, расстрелов и грабежей»,- говорили казаки.             В середине марта восставшие обратились с воззванием ко всем казакам Дона, в котором разъяснялось, почему главными врагами объявлялись коммунисты. При этом подчеркивались лживость, лицемерие и коварство большевиков в проводимой ими политике по отношению к казачеству.     

        На переговорах, в листовках и воззваниях большевики обещали не трогать земли трудовых казаков, не ломать традиции и обычаи, сложившиеся на казачьей земле в процессе многовековой истории.              Призывая казаков открыть фронт для прохода Красной армии, обещали не проводить репрессий.      Казаки уступили, добровольно пропустили советские войска на свою территорию, но обещания были мгновенно забыты. Началось тотальное истребление казачества. Расстреливали целыми семьями, решив стереть с лица земли гордый и свободолюбивый народ.      

        В апреле месяце на Южный фронт был направлен чрезвычайным уполномоченным Совета обороны член ЦК РКП (б) А.Г. Белобородов (Янкель Вайсбарт), имевший репутацию смелого и решительного человека, человека действия. Это он, будучи председателем Уралсовета, без суда и следствия в ночь с 16 на 17 июля 1918 года расстрелял царскую семью. Палач по призванию, он был послан на Дон, чтобы самым беспощадным образом подавить восставших, испепелить казачьи хутора и станицы, уничтожить казаков, осмелившихся бросить вызов узурпаторам власти.   

       В начале мая Белобородов, утвержденный к тому же председателем Донского ревкома, подчеркивая, что его линия поведения по отношению к казакам одобрена Лениным, восклицал: «Я считаю величайшей наивностью, преступным легкомыслием то, что борьба с донской контрреволюцией велась посредством революционных трибуналов. Трибуналы судили захваченных нами перебежчиков и явных контрреволюционеров, часть из них расстреливали, часть отправляли на принудительные работы (наказание, подумаешь), а часть, и, кажется, значительную, освобождали и отпускали с миром.    

       Этой наивности нужно положить предел, и чем скорее, тем лучше. Необходимо организовать чрезвычайки и как можно скорее покончить с трибунским словоизвержением. Основное правило поведения при расправе с контрреволюционерами - захваченных не судят, а с ними производят массовую расправу. Необходимо в этом духе авторитетное решение для Дона».    

       И далее: «В общем, надо сказать, что, кого нужно, в железо здесь еще не взяли - очень уж русское добродушие прет изо всех углов!»  Белобородов предлагал для усмирения казаков послать петроградских коммунистов, подчеркивая, что для такого дела «люди нужны с характером и крепкими нервами. Для этой операции такое условие обязательно».    

        Советские войска получили приказ от Реввоенсовета Южного фронта во что бы то ни стало в кратчайший срок (на подавление восстания давалось восемь дней) самым жесточайшим образом подавить Вешенское восстание.       

        По свидетельству профессора Козлова, наряду с теми необычными мерами, которые намечались для этой цели, «предполагалось также применение химического оружия» против восставших казаков.   Видимо, большевики не пошли на такой шаг только потому, что боялись со стороны белых ответных действий с применением химического оружия. (В 1921 году восставшие против Советской власти тамбовские крестьяне испытали на своей шкуре удушающее действие отравляющих газов, во всей полноте примененных коммунистами против мятежников. Большевики знали: адекватной угрозы со стороны тамбовцев не ожидалось.)       

         Учитывая возможность соединения армии Деникина с восставшими казаками, Ленин требовал немедленного подавления восстания и необходимости перехода от военных к политико-экономическим средствам на территории Дона. В своей телеграмме Реввоенсовету Южного фронта он говорит: «Ревком Котельниковского района Донской области приказом 27 упраздняет название «станица», устанавливая наименование «волость», сообразно с чем делит Котельниковский район на волости.       

         В разных районах области запрещается местной властью носить лампасы и упраздняется слово «казак». В 9-й армии Рогачевым реквизируется конская упряжь с телегами.    

          Во многих местах области запрещаются местные ярмарки крестьянским обиходом. В станице назначают комиссарами австрийских военнопленных.        

         Обращаем внимание на необходимость быть особенно осторожными в ломке таких бытовых мелочей, совершенно не имеющих значения в общей политике и вместе с тем раздражающих население. Держите твердо курс в основных вопросах и идите навстречу, делайте поблажки в привычных населению архаических пережитках.         

       Ответьте телеграфно».      

       В то же время Ленин требует как можно быстрее переселить на Дон рабочих и крестьян северных губерний. Первая партия переселенцев в 700 человек в апреле месяце прибыла в Донскую область из Олонецкой, Тверской и Череповецкой губерний. В конце мая еще 20 тысяч крестьян были направлены на Дон для расселения.    

         Казаки рассматривали зловещие мероприятия большевиков как посягательство на их личную собственность - казачью землю, которой, как считали казаки, только они неоспоримо имели право владеть безраздельно.  

          И казачество жестоко расправлялось с переселенцами. После прорыва большевистского фронта армией Деникина член Реввоенсовета 9-й армии Ходоровский телеграфирует в Москву: «Несмотря на трагедию, переживаемую фронтом и, в частности, 9-й армией, Гражданупр упорно направляет переселенцев в Донскую область... в данный момент, когда армия отступает, сопровождаемая на своем пути толпами беженцев, направлять переселенцев на Дон значит не только до последней степени расстраивать железные дороги, в которых так нуждается отходящая армия, но и обрекать переселенцев на поголовное истребление казаками и калмыками».      

        Комиссар Особого экспедиционного корпуса В. А. Трифонов говорит, что переселение, проводившееся в такой форме, является «величайшим преступлением против переселенцев, которых казаки просто вырезали, и против Советской Республики, которой это переселение уготовило, наряду с другими причинами, донское восстание».    

          Созданный для ликвидации казачьего восстания экспедиционный корпус 28 мая перешел в наступление на позиции восставших.  Прибывший на Южный фронт Троцкий напутствовал солдат Красной армии: «Солдаты, командиры, комиссары карательных войск! Подготовительная работа закончена. Все необходимые силы и средства сосредоточены. Ваши ряды построены. Теперь по сигналу - вперед. Гнезда бессчетных изменников и предателей должны быть разорены. Каины должны быть истреблены. Никакой пощады станицам, которые будут оказывать сопротивление. Милость только к тем, кто добровольно сдаст оружие и перейдет на нашу сторону. Против помощников Колчака и Деникина свинец, сталь и огонь. Советская Россия надеется на вас, товарищи солдаты. В несколько дней вы должны очистить Дон от черного пятна измены. Пробил последний час. Все, как один, вперед!»      

        На помощь повстанцам пришла Донская армия. Казаки генерала Секретева, несмотря на утомительный трехсотверстный переход, нанесли сильнейший удар с тыла по позициям Красной армии. Восьмая кавалерийская дивизия красных, не выдержав натиска, рассеялась в поле, пытаясь выйти из окружения.     Поредевшие части 5-й повстанческой дивизии яростной контратакой в лоб опрокинули и обратили в бегство Московский и Заамурский полки Красной армии. Кольцо окружения было прорвано, и день 9 июня стал последним днем трехмесячных ожесто- ценных боев восставшего казачества за волю и свободу в борьбе с кровавым большевистским режимом.      

       Потерпев поражение в борьбе с восставшими казаками, большевики начали осознавать свои ошибки. Они пытались изменить свой главный постулат в отношении казачества («Казаки - контрреволюционеры»), но по-прежнему считали, что полное уничтожение казачества лишь только вопрос времени.   

         В июне Сырцов направил письмо в ЦК РКП (б), в котором осудил прежнюю политическую линию, проводившуюся в Донской области. В ответ на письмо Ленин дал указание:       

      «Надо тщательно и спешно обсудить, выработать проект директив... и потом утвердить».       Восемнадцатого сентября на совместном заседании Политбюро и Оргбюро ЦК РКП (б) были утверждены написанные Троцким «Тезисы о работе на Дону». В тезисах разъяснялось: «Отныне большевики не рассматривают казачество лишь только с классовых позиций, но будут покровительствовать лишь только тем слоям населения, которые лояльно относятся к Красной армии. В отношении остальных политика террора будет продолжена... Мы дадим возможность оглядеться и разобраться тем слоям и группам казачества, которые настроены выжидательно, не спуская в то же время с них глаз. Мы будем беспощадно истреблять все те элементы, которые будут прямо или косвенно оказывать поддержку врагу и чинить затруднения Красной армии».       

        В который раз Советская власть обещала казакам, что пресечет грабежи и насилие лжекоммунистов (так большевики называли однопартиицев, которые выполняли указания своих руководителей по расказачиванию (читай, истреблению казаков) и вот теперь в угоду политической конъюнктуре были названы лжекоммунистами), исключит принуждение к коммунам, а также привлечет казаков в местные органы власти для управления.      

       Вскоре события потребовали от большевиков принятия более решительных мер - уступок по отношению к казачеству. Деникинские войска развили стремительное наступление в направлении Царицина, Верхнего Дона, Донбасса, Крыма и Украины. Добровольческие дивизии прорвались к Туле, угрожая захватом Москвы.     Чувствуя близкий конец, кровавый большевистский режим по распоряжению Ленина готовился уйти в подполье, а Троцкий, не теряя надежды на успех, собирался спасти положение, сыграв с казачеством в последнюю игру, - остановить продвижение казаков, пообещав им автономию.     

         Десятого октября 1919 года Троцкий телеграфирует И.Т. Смилге: «Я ставлю в Политбюро ЦК на обсуждение вопрос об изменении политики к донскому казачеству. Мы даем Дону, Кубани полную «автономию», наши войска очищают Дон. Казаки целиком порывают с Деникиным. Должны быть созданы соответственные гарантии».     

        Переброска вследствие поражения Колчака с Юго-Восточного на Южный фронт свежих частей Красной армии, а также просчеты деникинского командования в управлении войсками позволили Красной армии в последний момент приостановить движение белой армии на столицу, а затем вынудить ее к отступлению по всему фронту. В первой половине 1920 года белая армия, прижатая к Черному морю большевистскими войсками, была частично вывезена на пароходах за границу; другая часть сдалась на милость победителей, а третья, незначительная, осталась в Крыму, чтобы и далее продолжать борьбу с Советами под руководством генерала барона П.Н. Врангеля.    

        Но борьба эта не увенчалась успехом. После разгрома де-никинских и врангелевских войск казачество, составлявшее основу кавалерии белой армии, частично эмигрировало за границу.  На Дону к этому времени сложилась тревожная обстановка, вызванная экономической разрухой и деятельностью повстанческих организаций.  

        В слободе Михайловке Усть-Медведицкого округа в 1920 году вспыхнуло восстание под руководством поручика Вакулина, бывшего унтер-офицера царской армии, полного георгиевского кавалера. В рядах повстанцев насчитывалось до 2,5 тысяч пехоты, 300 сабель и около 30 пулеметов.  

        В станице Урюпинской Хоперского округа в 1921 году чекистами была раскрыта эсеро-белогвардейская организация, готовившая восстание против Советской власти. Положение осложнялось еще и тем, что в Поволжье разразился голод. В Царицынской губернии 70% населения испытывало острую нужду в хлебе насущном.    

        Характеризуя этот период, большевики указывают на «замкнутость казачьей массы, ее недоверчивое и даже временами враждебное отношение к Советской власти».   

        Главной причиной этого была продолжавшаяся политика расказачивания, стремление большевиков превратить хутора и станицы в «обыкновенные крестьянские деревни».   

         В 1921 году ВЦИК объявил амнистию рядовым белой армии, находившимся за границей. С октября 1922 года началось массовое возвращение солдат и казаков в Россию из Болгарии, Югославии, Греции и Чехословакии.    

         В 1923 году 40 тысяч эмигрантов вернулось в Северо-Кавказский край, 4 тысячи из них было направлено в Царицынскую губернию. Комиссия ЦК во главе с Сырцовым отмечала «лояльное отношение к Соввласти большинства возвращенцев», В то же время «обнаружилось и широкое сословное недоверие к казачеству со стороны сельских партячеек».    

          В январе 1925 года Севкавкрайком предложил пересмотреть списки лишенных избирательных прав атаманов и реэмигрантов, а также вовлекать казаков в Советы. Предложение это на Дону было воспринято неоднозначно. Казаки намерение краевой власти восприняли как восстановление «казачьих привилегий в землепользовании», крестьяне усмотрели в этом «измену».    

        В связи с тем, что коммунисты на местах встали в оппозицию новому курсу, крайкому пришлось разъяснять, что речь идет «не о восстановлении экономических преимуществ казачества». Борьба между сторонниками демократического решения казачьего вопроса и теми, кто всеми фибрами своей души ненавидел казачество, продолжалась.    

        Проводившиеся мероприятия по восстановлению гражданских прав, амнистия воодушевляли казаков. Казачество стало избирать в органы власти, в Советы своих представителей, способных отстаивать их интересы. Дело дошло до того, что «казаки отказывали в доверии коммунистам, противились ломке казачьего землеполь­зования, закрытию станичных церквей и другим проявлениям латентного расказачивания».    Сводки ОГПУ пестрели сообщениями о том, что среди казаков наблюдаются оппозиционные настроения, которые в определенных условиях могут активизироваться.   

         В партии большевиков к 1928 году борьба между сторонниками нэповской линии и противостоящего ей курса на свертывание новой экономической политики резко обострилась. Статистика свидетельствовала, что в сельском хозяйстве обстановка сложилась не в пользу НЭПа.   

         В 1928-1929 годах в Северо-Кавказском крае посевная площадь составляла 72% по сравнению с довоенным 1913 годом. Валовой сбор зерна по краю - 52%, тогда как по Союзу он приближался к 77% от довоенного.     

          Причины назывались разные, но главными обозначили «измельчение» хозяйства и нежелание кулаков продавать свой хлеб по государственным ценам. Кулак же считал, что, согласно НЭПу, цены на рынке должны устанавливаться стихийно, в зависимости от спроса и предложения, а не под давлением государства.     В 1928 году на всю страну прогремело Шахтинское дело - первое крупное сфабрикованное власть предержащими дело, которое фактически стало предтечей трагических событий следующего десятилетия правления революционеров-большевиков.      

        Враг был назван совершенно ясно и определенно - кулак. Дальнейшая судьба его должна была решиться в самое ближайшее время.     Год 1929-й стал поворотным в государственной политике большевиков. Политическая борьба между фракционерами в партии достигла своего апогея и склонялась в пользу Сталина и его окружения.    

        В январе 1928 года главный оппозиционер Троцкий, заявивший «о невозможности победы социализма в СССР», был выслан в Алма-Ату, а затем и за границу.    Впервые прозвучавший на июльском пленуме ЦК РКП (б) сталинский тезис о неизбежном обострении классовой борьбы по пути продвижения общества к социализму находил все больше и больше приверженцев, овладевал умами партийцев, готовых повернуться спиной к НЭПу, против кулаков и тех, кто не разделял или осуждал новый политический курс революционного пролетариата. 

Категория: Природа и люди | Добавил: знакомец (22.09.2012)
Просмотров: 1127 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]